Методы выделения вич

Методы выделения вич

Глава 4. КРАПЛЕНЫЕ КАРТЫ ВИЧ-ДИАГНОСТИКИ

Мнение по поводу. «Выделение любого вируса — чрезвычайно сложный процесс, на который влияет множество факторов. Если вы у тысячи больных дизентерией возьмете анализы, это не значит, что у всех вы найдете дизентерийную палочку.

И в случае со СПИДом тоже все не так просто. Есть, например, период длительностью до полугода от момента заражения до момента появления антител, во время которого человек уже заражен, но антитела не выявляются. Не выявляются они и на последней стадии болезни — просто потому, что организм уже побежден и не борется с вирусом. Делать на этом основании вывод, что человек умирает не от СПИДа, а от чего-то другого просто неграмотно».

(А. Голиусов, начальник отдела профилактики ВИЧ/ СПИДа департамента Госсанэпиднадзора Минздрава РФ (журнал «Круглый стол» (1, 20QQ, № 6))

Ученые СПИД-диссиденты убеждены, что диагностика на ВИЧ напоминает смертный приговор, который суд ошибочно выносит невиновному человеку.

Система доказательств выявления ВИЧ-инфекции держится на тестах на антитела к ВИЧ, определении так называемой вирусной нагрузки (количества вирусных частиц в крови), количества Т4-клеток и причисленных к СПИДу 30 давно известных болезней.

Приверженцы официальной доктрины СПИДа манипулируют этими методами — своего рода краплеными картами, которые, как выясняется, могут определить у пациента все что угодно, только не присутствие ВИЧ. Так, доктор С. Ланка, как и другие ученые СПИД-диссиденты, считает, что если происходит иммунологический контакт образца крови пациента с чужеродными белками, которые применяются в ВИЧ-тесте, то иммунная система вырабатывает антитела, которые трактуются как антитела к ВИЧ, что дает основание поставить ВИЧ-положительный диагноз.

Даже некоторые приверженцы ортодоксальной гипотезы ВИЧ/СПИДа со временем пересмотрели свои убеждения в этом вопросе.

Например, в 1994 году сотрудник Школы общественного здравоохранения Гарвардского университета, один из первых пропагандистов гипотезы ВИЧ/СПИДа доктор Макс Эссес (D-r.Max Esses), с соавторами опубликовал статью, в которой подтвердил, что тестирование на «антитела к ВИЧ» является неспецифичным. Эта позиция совпала с результатами опубликованных примерно в тот же период, но полностью проигнорированных медицинским истеблишментом, работ доктора Э. Пападопулос-Элеопулос и ее коллег.

«НЕ ПОДВЕРГАЙТЕ СЕБЯ ТЕСТИРОВАНИЮ НА ВИЧ!»

Так считает один из видных ученых СПИД-диссидентов, член Пертской группы, возглавляемой Э. Элеопулос, доктор Валендар Тюрнер. Выпускник Сиднейского университета, в настоящее время он работает научным сотрудником Королевского Австралазийского хирургического колледжа (Royal Australasian College of Surgeons) и Австралазийского колледжа неотложной медицины (Australasian College for Emergency Medicine). Практикует в Пертском Королевском госпитале в Западной Австралии.

Приводим беседу этого ученого с редактором журнала «Континуум», выпускником Оксфордского университета, членом совета учредителей Международного форума за доступную науку (International Forum for Accessible Science) Хью Кристи (Huw Christie).

— Публикации Пертской группы, похоже, объясняют все аспекты ВИЧ и СПИДа. Я имею в виду, в том числе ощущение «холодного душа», вызванное информацией о том, что доктор Элеопулос и вы, ее коллеги, отвергаете тестирование на антитела к ВИЧ в качестве доказательства ВИЧ-инфицирования кого бы то ни было.

Но хотелось бы более подробно остановиться на вопросе тестирования на антитела и попытаться сделать эту информацию максимально доступной для человека, не знакомого со спецификой вопроса и исследованиями, опубликованными вашей группой за последнее десятилетие. Что такое антитела и какую роль они играют?

— Это белки, вырабатываемые клетками иммунной системы, которые называются В-лимфоциты, или В-клетки. Их не следует путать с другими клетками иммунной системы, выполняющими иные функции, в том числе — Т4-клетками, которые ВИЧ якобы убивает, лишая человека иммунной защиты.

— Что же стимулирует В-клетки вырабатывать антитела?

— В-клетка встречает попадающие в организм чужеродные вещества — антигены (от «антитела» и «генерирующий»). Для «обороны от пришельцев» В-клетки имеют суммарный «боезапас», содержащий около 1 миллиона различных молекул антител.

И весь вопрос в том, чтобы антиген встретился с В-клеткой, которая предназначена именно для этого «врага». Если это происходит, клетка делится, вырабатывая антитела, которые потом химически связываются с антигеном, нейтрализуя его неблагоприятное воздействие на организм.

— На чем основано тестирование по выявлению антител в качестве доказательства ВИЧ-инфекции?

— На вере в то, что, поскольку ВИЧ чужероден, он должен стимулировать В-клетки вырабатывать антитела именно против него.

— Теория гласит, что антитело к ВИЧ может появиться, если В-клетка встретилась с этим вирусом?

— Совершенно верно.

— Почему бы не доказывать ВИЧ-инфекцию выделением самого вируса?

— Использование антител при диагностике технически проще, намного быстрее и дешевле.

— То есть вы определяете антитело, взяв немного крови пациента и добавив немного вируса или его компонентов, а затем наблюдаете, реагируют ли они между собой?

— Это гипотеза, но ведь конкретное антитело может также реагировать с антигенами, которые вовсе не стимулировали его «появление на свет». Например, эта реакция может произойти из-за неспецифичной стимуляции или из-за того, что антитела могут реагировать перекрестно.

— Что это означает?

— Антитело может связаться не только «со своим», но и с любым другим антигеном. Кроме того, антитела— это большие белки и сами могут выступать в роли антигенов.

— Почему это является проблемой?

— Это портит теорию СПИД-ортодоксов о том, что человек, имеющий антитела к вирусу, скажем, гепатита В, должен быть инфицирован именно этим вирусом. С точки зрения науки, невозможно делать такой вывод исходя лишь из химической реакции. Вы можете никогда не быть инфицированы тем, с чем реагируют ваши антитела.

Диагностирование ВИЧ с использованием антител — так называемый серологический диагноз — похоже на попытку определить объекты по теням, которые они отбрасывают на землю. Косвенная связь, конечно, существует: облака, дома, деревья и прочее — все дает тени, которые могут быть очень даже похожими на объекты, но это всего лишь своего рода их отражение.

Тест, как известно, — это метод нахождения ВИЧ в организме с помощью антител. Однако они являются всего лишь «тенью» гипотетического вируса. Лучший способ доказать присутствие вируса — его выделение. Все иные приемы, в том числе тесты на антитела, являются лишь косвенными признаками наличия ВИЧ.

— Выделение вируса и анализ на антитела к вирусу— это разные вещи?

— Да. Однако для доказательства наличия вируса недостаточно выделения какого-то его компонента.

После интервью Элени Элеодулое, я уверен, читатели должны иметь достаточно информации по этому вопросу.

— Как тестирование на ВИЧ-антитела проводится на практике?

— Эти тесты — лабораторная методика для визуальной оценки реакций отдельных белков с антителами. Берется немного крови пациента, удаляются эритроциты. К оставшейся сыворотке, в которой растворены антитела, добавляются некие белки, которые, по утверждениям приверженцев гипотезы СПИДа, являются уникальными компонентами ВИЧ.

Тест ELJSA использует раствор из смеси всех белков, в тесте Western Blot — до 10 белков по отдельности расположены один за другим вдоль тонкой нитроцеллюлозной полоски. Визуально это темного цвета прямоугольники, которые называются полосами. После реакции с образцом крови пациента оператор изучает ленту или раствор и фиксирует результаты.

— И что мы видим, если результат положительный?

— Если антитела реагируют с белками, то будут наблюдаться заметные изменения в окраске раствора или полос, которые в этом случае называются «засвеченными».

— Ив чем заключается ошибочность этой методики?

— Если бы ВИЧ-белки существовали в природе и антитела к. ВИЧ были бы высокоспецифичны, то наличие даже одной «засвеченной» полосы являлось бы доказательством наличия ВИЧ. Но это не тот случай. Белки в тесте «засвечиваются» из-за огромного количества антител, присутствующих у больных, или всего из-за нескольких, которые могут быть и у здоровых людей, иммунной системе которых была дана «ложная тревога», и В-клетки подверглись случайной стимуляции.

Но если одна или две полосы в ВИЧ-тесте могут быть «засвечены» не ВИЧ, а перекрестно реагирующими антителами, то почему три, четыре, пять, шесть или все десять полос не могут быть «засвечены» такими же антителами, вырабатываемыми не к ВИЧ, а к другому антигену?

Результаты диагностики зависят от того, где и кем проводится тест. По всему миру разные комбинации «засветки» двух, трех или четырех из десяти возможных полос рассматриваются как доказательство ВИЧ-инфекции. В Африке для этого нужно «засветить» две полосы, но, к примеру, во Франции или Великобритании такой анализ уже не будет считаться доказательством ВИЧ-инфицирования. В Австралии, чтобы стать ВИЧ-положительным, достаточно «засветить» четыре полосы, а в США, по правилам Красного Креста и Управления по продуктам питания и лекарственным препаратам, — три.

Если вас сделали ВИЧ-положительным, например, в Нью-Йорке, садитесь на самолет, прилетайте к нам в Перт, и шансы опровергнуть этот диагноз резко возрастут.

— Получается, что антитела, которые были выработаны не к ВИЧ, тем не менее реагируют с белками в таком тесте?

— Тому есть масса примеров. Например, у 30 % людей, которым переливали кровь ВИЧ-отрицательных пациентов, выявлялись антитела к белку р24, который во многих странах все еще считается одним из наиболее специфичных ВИЧ-белков, и используется в тесте.

У 50 % собак из 144 обследованных в США в 1990 году были найдены антитела к одному или более белкам ВИЧ. Но давно доказано, что собаки не заражаются ВИЧ и у них не бывает СПИДа.

— Л как производится сравнение с золотым стандартом для ВИЧ?

— ВИЧ-положительные пациенты желают знать, не является ли результат именно их теста ошибочным, так называемым ложноположительным. Поэтому СПИД-ученые задолго до внедрения теста в клиническую практику были обязаны определить то, что называется специфичностью теста. А для этого нужно было выделить сам ВИЧ, что до сих пор никто не смог сделать.

— Если чувствительность любого теста на антитела никогда не оценивалась по гарантированному наличию ВИЧ, оценивалась ли когда-либо специфичность по достоверному отсутствию вируса?

— Никто и никогда не сообщал о таких экспериментах. Это одна из многих необъяснимых загадок гипотезы ВИЧ/СПИДа. То, что Галло и его коллеги в 1984 году назвали выделением ВИЧ, как выяснилось, было положительными реакциями теста лишь у одной трети их пациентов — больных СПИДом. При такой «достоверности» тестов получается, что у 70 % других пациентов СПИД был, а вируса, который якобы его вызывает, не было.

— А как сам Галло объясняет это противоречие?

— Галло и его партнеры не признавали тут никакого несоответствия, считая, что все пациенты, у которых при тестировании обнаружили антитела, были инфицированы ВИЧ.

И теперь с их подачи утверждается, что кровь больных СПИДом, не подвергающихся общепринятому лечению с использованием высокотоксичного АЗТ, якобы кишит ВИЧ.

— Насколько широко тестирование на антитела практикуется в Африке?

— Определение ВИЧ/СПИДа у африканцев, согласно установкам Всемирной организации здравоохранения, вообще не требует ни тестов на антитела, ни подсчета Т4-клеток. Никто бы и не подумал диагностировать ВИЧ-инфекцию или СПИД на Западе без анализа крови. Для Африки это в порядке вещей. Там могут поставить диагноз «ВИЧ/СПИД» по таким симптомам, как лихорадка, кашель и диарея на протяжении тридцати дней. При такой так называемой диагностике миллионы африканцев, серьезно страдающих от реальных болезней, считаются доказательством того, что и Западу угрожает опасность столь же массовой, как и на Черном континенте, мифической эпидемии ВИЧ/СПИДа.

— Разрешилось ли со временем противоречие между определением антител и выделением ВИЧ?

— В 1992–1993 годах несколько международных лабораторий в Великобритании, Германии и США исследовали 224 образца тканей от ВИЧ-положительных пациентов. Исследователи заявили, что провели выделение вируса, но это оказалось просто использованием теста на антитела, содержащего белок р24, который якобы входит в структуру ВИЧ. Но даже в этих исследованиях ВИЧ-положительный тест оказался только у 37 % пациентов. Примерно такой же результат был и у Галло в 1984 году.

— Невозможность выделения ВИЧ — причина, по которой Пертская группа утверждает, что ни один ВИЧ-положительный человек на самом деле вирусом не инфицирован?

— Когда Монтанье и Галло начали охотиться на ретровирусы в 1983–1984 годах, они знали, насколько просто найти частицу, похожую на вирус, и что не все такие частицы являются вирусами. Далее если бы они выделили какую-то частицу и доказали, что она может обратно транскрибировать РНК в ДНК, это вовсе не означало бы, что частица является ретровирусом. Или даже вирусом. Эти явления неспецифичны. Единственное научное доказательство того, что частица является вирусом, — ее выделение и последующий анализ ее свойств. Такие эксперименты, по отношению к ВИЧ, в отличие от других инфекционных микроорганизмов, никогда не были проведены. И мы на этом настаивали с самого первого дня. Соответственно, если нет вируса, то и ВИЧ-инфекция не более чем плод воображения придумавших эту идею и их последователей.

— Однако разве Монтанье и Галло не открыли антитела у больных СПИДом, которые реагировали с некоторыми белками в клеточных культурах?

— Да, они нашли немного, однако это не доказывает, что белки, реагирующие с такими антителами, являются компонентами именно этого вируса. Или что антитела были выработаны по причине контакта с ВИЧ.

— Э. Элеопулос говорила, что все-таки есть определенная связь между ВИЧ-положительным диагнозом и риском заболевания. Насколько неизбежны эти болезни, о которых сигнализируют антитела?

— Их вполне можно избежать или излечить, и эти факты основываются на статистике.

— Могут ли антитела к ВИЧ со временем исчезнуть в организме?

— Могут. Несмотря на то что нам говорят, что ВИЧ — это навсегда, мы знаем немало примеров наркоманов, которые освободились от наркотической зависимости, начали вести здоровый образ жизни, и их тесты по антителам превратились из положительных в отрицательные, количество Т4-клеток вернулось к норме. Но наиболее показательным является то, что они живут и здравствуют спустя 10–15 и более лет после «смертельного» диагноза, опровергая тем самым утверждения представителей официальной СПИД-медицины, что за этот период они должны были умереть с патогенным ВИЧ, который бы и считался официальной причиной их смерти.

Это оспорило саму ВИЧ-теорию СПИДа. Некоторые специалисты стали задумываться о том, что ВИЧ, может быть, и не является патогенным микроорганизмом? Может ли привести к летальному исходу вирус, который находится в организме в течение 10–20 лет, почему-то не убивая больного, и без следа исчезает при улучшении его здоровья? Другим людям, употребляющим наркотики, нужно взять пример с этих бывших наркоманов, которые нашли в себе силы таким образом сохранить здоровье и жизнь.

— Что бы вы могли посоветовать человеку, у которого появилось желание узнать свой статус по антителам к ВИЧ?

— Я бы сказал: не подвергайте себя такому тестированию!

— А как же люди с реальными заболеваниями, подпадающими под определение СПИД?

— Эти болезни следует решительно и разумно лечить.

— Как быть тем, кто не состоит в группе риска, здоров, но получил ВИЧ-положительный диагноз?

— Единственно честный ответ: само по себе наличие антител не дает оснований составить определенный прогноз. К сожалению, и больные, и врачи уверены в том, что быть ВИЧ-положительным означает неизбежную преждевременную смерть. Такая убежденность и последующее употребление токсичных антиВИЧ-лекарств сами по себе могут вызвать заболевание.

— О чем конкретно ВИЧ-положительные пациенты должны спросить у своих врачей?

— Потребовать доказательств, что антитела, найденные в вашем организме, связаны с инфицированием ВИЧ.

— А что, если им ответят: мол, не волнуйтесь, верьте нам, тесты давно проверены, надежны и т. п.?

— Тогда спросите, как, где и кем это было установлено. Поскольку все специалисты по ВИЧ тоже знают, что перекрестно реагирующие антитела влияют на результаты ВИЧ-тестов, спросите, почему они убеждены, что именно ваши антитела не являются перекрестно реагирующими? Чем они могут подтвердить специфичность результатов именно вашего теста? Задайте эти вопросы. И не удовлетворяйтесь туманными объяснениями и ссылками на других специалистов.

Покажите им, к примеру, нашу статью от 1993 года в журнале «Био/Текнолоджи» или это интервью, интервью с Элени Элеопулос, материалы Кристин Джонсон о наших исследованиях, работы П. Дюсберга, других СПИД-диссидентов — и попросите, чтобы на каждый из поставленных в этих работах вопросов был дан точный ответ применительно к вашему диагнозу. Я уверен, что, кроме расхожих рассуждений об общеизвестных тезисах официальной СПИД-науки, вам вряд ли смогут сказать что-то вразумительное.

— А как поступить, если пациенту скажут о необходимости пройти тест ПЦР на вирусную нагрузку?

— Тогда пусть врач докажет, что ДНК или РНК, выявленные этим тестом, являются уникальными составляющими ВИЧ. Я знаю, что некоторые специалисты сейчас критически рассматривают вирусную нагрузку как метод диагностики на ВИЧ, понимая, что должна быть прямая связь между РНК, ДНК и этим вирусом. Пусть врачи объяснят, в чем же она заключается?

— А что, если кому-то ответят, что все это слишком сложно для понимания?

— Я допускаю, что для изучения вопроса потребуется определенное время. Но в основном все это не так трудно понять. Доктор Э. Элеопулос с нами, ее коллегами и единомышленниками, добросовестно поработала более десяти лет. Вопросы, поднятые нами, до сих пор остаются без ответа со стороны приверженцев доктрины ВИЧ/СПИДа.

Беда в том, что многие люди, в том числе врачи, на веру принимают правдивость ВИЧ-теории только из-за громких имен и авторитета высоких инстанций. Считается, что человек якобы должен слепо во все это верить, но не проверять и не задавать вопросы.

Для большинства людей, которых лично не коснулась эта проблема, она кажется абстрактной. Но это не относится к тем, кому говорят, что они инфицированы летальным ретровирусом. Эти люди должны уметь защищать себя и тем самым воздействовать на общественное мнение.

Противников теории ВИЧ/СПИДа пока сравнительно немного. По позвольте напомнить слова Галилея: «В науке мнение, поддерживаемое тысячами людей, не ценнее вспышки творческого озарения одного человека».

Как уже отмечалось, выводы австралийских ученых разделяют многие другие специалисты. Так, автор книги «СПИД: ошибка современной науки» (AIDS: The Failure of Contemporary Science) доктор Невил Ходжкинсон (D-r. Neville Hodgkinson), в течение многих лет освещавший вопросы ВИЧ/СПИДа как медицинский и научный обозреватель газеты «Санди Таймс» (Sunday times), пишет в своей статье, опубликованной в журнале «Континуум»:

«Исследования группы австралийских ученых показали, что белки антител, выявленных ВИЧ-тестом, не относятся к какому-то конкретному вирусу и могут быть внесены в кровеносный поток посредством различных воздействий на иммунную систему. Доктор Элени Элеопулос и ее коллеги из Королевского госпиталя г. Перта доказали, что ВИЧ-положительный результат может быть вызван таким огромным количеством разнообразных причин, что его нельзя рассматривать как подтверждение заражения человека «смертельным ВИЧ».

Естественно, потребуется немало времени, чтобы эта идея получила признание в научном мире: ученые, которые затратили многие годы, работая над реализацией фальшивой гипотезы ВИЧ/СПИДа, избегают столкновений с пугающей их реальностью и изо всех сил препятствуют истине. С большим запозданием некоторые из них признали, что у них были сомнения насчет достоверности ВИЧ-тестов, но тем не менее они не устают заверять общественность, что сейчас все якобы улажено и тесты дают специфичные результаты. Однако доказательств тому не существует. Постоянно тот или иной тест изымается с рынка в связи с противоречием другим тестам, и все-таки у медицинского истеблишмента не хватает смелости пересмотреть саму концепцию этой диагностики».

ЧТО МОЖЕТ ВЫЗВАТЬ ВИЧ-ПОЛОЖИТЕЛЬНУЮ РЕАКЦИЮ

СПИД-ортодоксы постарались убедить людей в том, что точность тестов на антитела к ВИЧ якобы достигает 99,5 %. Один из видных специалистов, долгое время выступающих с критикой официальной доктрины ВИЧ/СПИДа и пропагандой идей СПИД-диссидентов, доктор Кристин Джонсон из Лос-Анджелеса также подчеркивала, что не существует теста на наличие антител, который мог бы дать достоверный результат. Вполне вероятно, что все ВИЧ-положительные результаты являются ошибочными. В одной из своих статей, опубликованных в журнале «Континуум», К.Джонсон пишет:

«Годами СПИД-ортодоксы отвергают очевидный факт, что никто не может выделить ВИЧ. А без этого невозможно судить о том, были ли вызваны этим вирусом антитела и какие именно. Великое множество других причин стимулирует появление тех же самых антител — противогриппозная вакцина, туберкулез, воспаление гланд, проказа, малярия, гепатит В, вакцина от гепатита В, инородные Т-клетки, инородные клеточные и другие белки, появляющиеся в собственных клетках при окислении, и многое другое.

Проблема состоит в необоснованной гипотезе, утверждающей, что если антитела найдены, то они обязательно являются следствием ВИЧ-инфекции.

ВИЧ-тестирование выявляло некоторых людей с одними видами вирусных антител, других — с иными, и превращало тем самым идею об инфицировании людей ВИЧ в дорогостоящий нонсенс. В конце концов, в Британии, например, отказались от применения теста Western Blot (WB), А в США положительный результат этого теста по-прежнему является основанием для вынесения медицинского приговора. Тестирование с помощью теста ELISA рассматривается там как менее точное. В американском Исследовательском институте Вальтера Рида (Walter Reed Research Institute) 12000 положительных результатов, полученных с применением ELISA, было уменьшено до 2000 после повторного тестирования тех же пациентов по WB. Однако даже эти способы основываются лишь на гипотетическом предположении их разработчиков о том, что используемые в тестах белки могли бы относиться к ВИЧ. Но в отсутствие самого вируса все это является ничем не подтвержденной теорией.

Не поддается объяснению, как реакции антител, «подтверждающие» положительный результат тестирования, могут отличаться в разных странах. Получается, что вирус обладает избирательностью по национальному или географическому признаку.

Некоторые ВИЧ-положительные пациенты действительно заболевают. Для этого имеется целый ряд причин, включая лечение АЗТ и другими опасными для здоровья антиретровирусными препаратами, которые назначаются после постановки диагноза «ВИЧ-инфекция». Во многих случаях лечение людей от виртуального ВИЧ лишь отвлекает врачей от поиска истинных причин заболевания. Большинство же пациентов с таким диагнозом вовсе не больны.

Существует опубликованный в научной литературе перечень болезней и клинических состояний, которые могут дать положительную реакцию теста. Это, разумеется, не означает, что они непременно приводят к такому результату. Многое зависит от того, какие именно антитела реагируют с антигенами, и от особенностей каждого теста.

Однако чем дольше человек подвергался воздействию инородных антигенов, инфекций, тем шире «набор» антител в его организме и выше вероятность наличия нескольких перекрестно реагирующих антител, что может вызвать ВИЧ-положительную реакцию. Особенно часто это наблюдается у наркоманов, страдающих от многих болезней, вызванных наркотиками. Их организмы просто «перегружены» антигенами.

Следует отметить, что и все другие пациенты, относящиеся к так называемой группе «высокого СПИД-риска», подвержены избыточному воздействию чужеродных антигенов и протеинов. Поэтому у таких людей чаще всего наблюдается положительная реакция теста, и они считаются «ВИЧ-инфицированными». Однако даже представители групп так называемого «низкого СПИД-риска» также нередко получают ВИЧ-положительный диагноз, к чему может привести ряд болезней и клинических состояний, перечень которых мы приводим ниже.

Клинические состояния (болезни), при которых может быть положительная реакция тестов на ВИЧ:

1) туберкулез;

2) воспаление гланд (тонзиллит);

3) почечная недостаточность;

4) грипп, другие острые вирусные инфекции;

5) вакцинация от этих инфекций;

6) простой герпес;

7) инфекция верхних дыхательных путей;

8) очередная беременность у ранее неоднократно рожавшей женщины;

9) малярия

10) ложноположительный ответ на другой тест, включая тест на сифилис;

11) вакцинация против гепатита В;

12) вакцинация против столбняка;

13) трансплантация органов;

14) аутоиммунные заболевания: системная красная волчанка, заболевание соединительных тканей, ревматоидный артрит;

15) рак;

16) заболевания печени, связанные со злоупотреблением алкоголем;

17) вирусные гепатиты;

18) переливание крови, в том числе многократное;

19) гемофилия;

20) злокачественные гематологические нарушения (лимфома);

21) перекрестные реакции антител у здоровых людей;

22) антитела к антигенам Т-клеточных лейкоцитов;

23) вирус Эпштейна-Барра;

24) проказа и др.».

КАК ТУБЕРКУЛЕЗ СТАЛ СПИДОМ

Один из видных ученых в области СПИДа — доктор Генрих Кремер (Н. Kremer, Германия), помимо научных работ, известен и как автор фильмов «Восставшие против СПИДа», «Всемирный миф о СПИДе», «Внимание! СПИД-медицина опасна». Долгое время доктор Кремер возглавлял специализированную клинику для малолетних наркоманов. Он разработал клиническую программу вакцинации против гепатита В, которым страдают почти поголовно люди, употребляющие наркотики, и вел группу пациентов, впервые в ФРГ протестированных на ВИЧ.

Полученные им специализированные знания привели к фундаментальной критике ортодоксальной гипотезы ВИЧ/СПИДа. В настоящее время доктор Кремер является медицинским директором организации, занимающейся расследованиями в области медицины.

В своей статье, опубликованной в журнале «Континуум», этот ученый, в частности, пишет: «Сегодня СПИД-ортодоксы установили мифическую связь между ВИЧ и многими заболеваниями, к которым они причислили инфекции верхних дыхательных путей, острый бронхит, острый синусит, пневмоцистную пневмонию, саркому Калоши, лимфому и другие известные болезни.

Вполне понятно, почему там числится и туберкулез: он дает для приверженцев официальной доктрины ВИЧ/СПИДа отличную статистику, подтверждающую «развитие эпидемии»: 1,7 миллиарда людей в мире являются носителями инфекции или болеют туберкулезом, 2 миллиона ежегодно умирают от этого заболевания, при этом 95 % смертей приходится на развивающиеся страны.

На Западе этой болезнью охвачено менее 0,05 % населения, среди которого свыше 90 % являются бездомными, алкоголиками, внутривенными наркоманами или лицами, нуждающимися в психиатрической помощи.

Остальные болезни, которые якобы вызываются до поры до времени «дремлющим» ВИЧ и также являются частью этой удивительной СПИД-коллекции, необходимы для того, чтобы любой патологический процесс, который каким-либо образом реагирует с созревшими в тимусе Т4-клетками, можно было переименовать в «СПИД-ассоциированное заболевание», вызванное ВИЧ. Нет пределов тому, что еще можно придумать в этом виртуальном мире ВИЧ/СПИДа, поскольку с иммунитетом связаны практически все серьезные заболевания.

Внутривенные наркоманы страдали от этих и других болезней задолго до открытия ВИЧ и по известным причинам — последствиям употребления наркотиков, неудовлетворительной гигиены, плохого питания и др. До изобретения ВИЧ никто не помышлял о необходимости диагностировать их как больных ВИЧ/СПИДом.

Пневмоцистная пневмония (ПЦП) составляет 40 % всех диагнозов ВИЧ/СПИДа и около 80 % случаев смерти от СПИДа в странах Запада. С 1987 года действует официальное положение американского Центра контроля над заболеваниями» в соответствии с которым диагноз «ВИЧ/СПИД» оправдан даже тогда, когда имеются только предварительные данные о возможном заболевании ПЦП при отсутствии лабораторных подтверждений ВИЧ-положительности и снижения численности иммунных клеток в сыворотке крови пациента.

Медицинской науке давно известно, что ПЦП вызывается не ВИЧ, а переносимым воздухом патогенным простейшим микроорганизмом.

Установление ВИЧ-положительности лабораторными методами к ПЦП не имеет никакого отношения. В реальной практике диагностирования на ВИЧ-инфекцию и последующем выборе методов лечения конкретного пациента эта ошибка может означать для него вопрос жизни и смерти.

С привычной легкостью СПИД-ученые дают объяснение, что ВИЧ передается со спермой, кровью и ее продуктами реципиенту, разрушая вызревающие в тимусе Т4-клетки. Пневмоцистные простейшие якобы ускользают от этих мертвых стражей и приводят к заболеванию ПЦП или другой тяжелой патологии. Согласно этому сценарию из фильма ужасов, любой человек, в чьих иммунных клетках есть ВИЧ, должен преждевременно умереть от ПЦП или других многочисленных СПИД-ассоциированных болезней.

Но все совершенно иначе. Ни сам воображаемый ретровирус ВИЧ, ни недостаточное количество Т4-клеток не могут быть решающим фактором для создания той ситуации в легких, которая позволяет этому патогенному микроорганизму свободно там размножаться, приводя к заболеванию ПЦП.

Так, под воздействием постоянных факторов стресса, как, например, у голодающих детей в послевоенной Европе или в некоторых регионах Африки сегодня, количество клеток иммунной системы снижалось, иммунитет ослабевал, что порождало крайне благоприятные условия для появления многих болезней, в том числе ПЦП в результате бурного разрастания в легких пневмоцисты, вызывающей эту болезнь, и других патогенных микробов. Эти паразиты могут быть изгнаны из их «рая» при избавлении от стрессов, состояния постоянной тревоги, страха, а также обеспечении полноценного питания и других нормальных условий жизни людей.

Поскольку ВИЧ/СПИД в Африке, составляющий примерно 90 % случаев постановки этого диагноза во всем мире, является не чем иным, как новым названием давно известных болезней и клинических состояний — туберкулеза, малярии, истощения, вызванных бедностью, голодом, неадекватной гигиеной, — произвольное увязывание ВИЧ и СПИДа с этими и многими другими болезнями является всего лишь очередной спекуляцией по поводу распространения «чумы» нашего времени.

В своей статье «Является ли ВИЧ причиной эпидемии туберкулеза?» (журнал «Континуум») Невил Ходжкинсон, также, в частности, утверждает, что «СПИД-ученые, работающие в этой области, уверены во взаимосвязи ВИЧ и туберкулеза только потому, что многие больные туберкулезом имеют ВИЧ-положительные результаты тестов на антитела.

Рост заболеваемости туберкулезом, особенно в Африке и среди обедневших, погрязших в наркотиках социальных групп некоторых стран Запада, на протяжении многих лет ошибочно приписывался появлению ВИЧ.

Однако как только принимается во внимание неспецифичность ВИЧ-тестов, становится очевидно, что эпидемия наркомании, а также социальный кризис в Африке из-за экономического спада и гражданских войн и, как следствие — неполноценное питание населения и тяжелые условия жизни послужили причиной для повышения уровня смертности. При этом «смертельный ВИЧ», возникший из небытия и якобы подвергающий угрозе весь мир, оказался наиболее удобным способом объяснения этого явления.

Туберкулез, диарея, проказа, лишай, пневмоцистная пневмония и другие недуги состоят в списке инфекционных заболеваний, которые во многом связаны с проблемой неполноценного питания. Еще в 1974 году, задолго до того, как пневмоцистную пневмонию стали причислять к ВИЧ/СПИДу, в «Американском журнале детских заболеваний» (American Journal of Diseases in Childhood) появилась публикация об исследовании, показавшем, что недостаток белковой пищи, связанный с недоеданием, — «главная причина, провоцирующая инфекцию пневмоцистной пневмонии».

Существует прямая связь между риском быть протестированным ВИЧ-положительно и инфицированием микробами, вызывающими туберкулез и проказу. Однако это происходит не потому, что некий ВИЧ разрушает иммунную систему, а потому, что сами по себе эти микробы способны стимулировать В-клетки вырабатывать антитела, которые фиксирует ВИЧ-тест.

Это было, в частности, продемонстрировано в статье, опубликованной в феврале 1994 года в «Журнале инфекционных заболеваний» (Journal of Infectious Diseases). Одним из ее авторов был доктор Макс Эссес, который работал с учеными из Университета Киншасы и другими специалистами в Заире, чтобы изучить, подвергались ли больные проказой и находящиеся в близком контакте с ними люди повышенному риску заражения ВИЧ.

Результаты этих исследований показали: из 57 сывороточных проб крови, взятых у больных проказой, 41 дали ВИЧ-положительный результат при одном варианте теста ELISA, применяемого в Африке и во всем мире, 39 — при другом варианте этого теста и 39 — при использовании обоих вариантов. В кровяной сыворотке 39 контактирующих с больными лиц ВИЧ-положительные показатели составили соответственно 12, 10 и 9.

Однако, когда пробы сыворотки были протестированы тестом Western Blot (WB) и был проведен анализ с помощью предположительно более специфичных тестов, которые из-за их дороговизны обычно никогда не применяются в Африке, то были подтверждены как ВИЧ-положительные результаты только у двоих больных проказой и — ни у кого из контактирующих с такими больными лиц. Но и эти два диагноза могли бы считаться ложноположительными на основании последующей более точной интерпретации результатов.

Лабораторные исследования показали, что антитела, появление которых было стимулировано вызывающим проказу микроорганизмом (Mycobacterium leprae), давали много перекрестных реакций и соответственно — ложноположительных результатов при использовании как WB, так и ELISA. Такой результат дают все предполагаемые ВИЧ-антитела.

Ученые пришли к заключению, что больные проказой и контактирующие с ними лица «показывают неожиданно высокий уровень ложноположительной диагностики при использовании WB и ELISA». Эти тесты могут быть недостаточными для диагноза ВИЧ в регионах Центральной Африки, где, как считается, бушует СПИД и где отмечается высокий уровень инфекционных заболеваний.

В газете «Мир СПИДа» (World AIDS) были опубликованы результаты исследований ученых Института Панос (Panos Institute), которые утверждали: «В Африке туберкулез уже стал основной причиной смерти у взрослых, диагностированных как ВИЧ-положительные или больные СПИДом». Недавние исследования в государстве Берег Слоновой Кости показали, что 35 % взрослых, якобы инфицированных ВИЧ, умерли от туберкулеза — основного заболевания, которое увязывается с ВИЧ/СПИДом в Африке.

Доктор Себастьян Лукас (Dr. Sebastian Lucas), проводивший исследования в той же стране, выступая на 8-й Международной конференции по проблемам СПИДа, которая состоялась в Амстердаме, подчеркнул: «Так как на Африку приходится большая часть всех случаев ВИЧ, это делает туберкулез наиболее серьезной инфекцией, которая по количеству больных ассоциируется со СПИДом во всем мире».

Эпидемия «Туберкулез/ВИЧ», названная так с легкой руки Всемирной организации здравоохранения, — еще одна из многих трагических ошибок, вызванных гипотезой ВИЧ/СПИДа и неспецифичностью ВИЧ-тестов.

Профессор Джон Пападимитриу (Prof. John Papadimitriou), коллега доктора Э. Элеопулос, задает логичный вопрос: «Зачем же обрекать африканский континент на гибель от СПИДа, когда имеются другие объяснения причин болезней и смерти людей?»

В Африке наступает понимание того, что проблема неспецифичности ВИЧ-тестов может приобрести огромный размах и привести к непредсказуемым последствиям, и поэтому необходима осторожность в интерпретации их результатов со стороны ученых и практикующих врачей.

Это хорошие новости, так как они могут положить начало конца мифа о научной обоснованности гипотезы ВИЧ/СПИДа, создатели и последователи которой ответственны за нерациональное использование огромных материальных и интеллектуальных ресурсов и, возможно, за невиданную до этого в истории эпидемию заболевания, спровоцированную самими врачами».

МОЖНО ЛИ ОПРЕДЕЛИТЬ «ВИРУСНУЮ НАГРУЗКУ» [10]?

«Мое изобретение не может быть использовано для доказательства ВИЧ-инфекции», — предупреждает профессор К. Муллис — создатель полимеразной цепной реакции (ПЦР), за открытие которой ученый был удостоен Нобелевской премии.

«Биотехнологическая версия ксерокса» — так американский журнал «Форбс» (Forbes) образно назвал полимеразную цепную реакцию. Эта революционная технология позволяет исследователю взять образец, содержащий ничтожное количество ДНК или РНК и реплицировать (копировать) их до тех пор, пока не получится, к примеру, миллион копий вместо одной или двух исходных. Это изобретение стало незаменимым для любой генетической лаборатории.

В то же время ПЦР сразу стала использоваться при диагностике на ВИЧ-инфекцию.

По мнению представителей СПИД-ортодоксальной медицины, ПЦР позволяет определить так называемую вирусную нагрузку — количество частиц ВИЧ в 1 куб. мм крови, а также делать вывод о развитии ВИЧ-инфекции и эффективности антиретровирусной терапии. Предполагается, что количество вируса в крови может быть столь незначительным, что иными способами его присутствие не определить.

Считается, что результаты определения вирусной нагрузки и количество Т4-клеток могут быть непостоянными. Самочувствие человека с ВИЧ-инфекцией позволяет врачу якобы наиболее объективно оценить его состояние и вовремя назначить комбинированную антивирусную терапию. Если она помогает, то вирусная нагрузка, определяемая ПЦР, снижается, если вновь начинает расти — терапия считается неэффективной и корректируется.

Однако сам К. Муллис считает, что ПЦР реплицирует любую ДНК или РНК, содержащуюся в образце крови, независимо от того, принадлежат ли они именно гипотетическому ВИЧ или другой частице.

Э. Элеопулос, В. Тюрнер, К. Джонсон и многие другие СПИД-диссиденты также убеждены, что использование ПЦР в исследованиях на ВИЧ/СПИД — очередная ошибка приверженцев доктрины ВИЧ/ СПИДа. Не существует доказательств, подтверждающих так называемую вирусную нагрузку, определяемую с помощью ПЦР. Так, в одной из статей, опубликованных в журнале «Континуум», доктор К. Джонсон отмечает следующее:

Исследования вирусной нагрузки полностью основываются на данных ПЦР, которая не является специфичной для определения ВИЧ-инфекции.

Чтобы узнать, работает ли в действительности любой тест на ВИЧ, необходимо его проверить с использованием самого ВИЧ. Результаты экспериментального теста — ПЦР ли это или что-нибудь другое — должны быть сопоставлены с результатами выделения вируса в каждом из тестированных образцов.

Понятие «выделение вируса» (virus isolation) в качестве «золотого стандарта» особенно важно в случае ВИЧ, поскольку до сих пор невозможно описать этот вирус в генетическом и молекулярном плане. Если даже кто-то когда-то и провел выделение ВИЧ, то этот результат не используется для проверки достоверности какого-либо диагностического теста на ВИЧ, включая ПЦР.

Все это игнорируется исследователями СПИДа, и использование ПЦР обычно рекомендуется ими в качестве «золотого стандарта» для других тестов на ВИЧ.

Однако даже по заключению Центра контроля над заболеваниями утверждается, что «ни специфичность, ни чувствительность ПЦР не известны, и этот тест не рекомендован и не лицензирован для диагностики на ВИЧ-инфекцию».

Для приверженцев ВИЧ-гипотезы решающей является идея о том, что для предотвращения невосприимчивости вируса к «антивирусным» препаратам, назначаемым ВИЧ-пациентам, последним рекомендуется прием «комбинаций» минимум из трех лекарств, которые теоретически атакуют ВИЧ по всем направлениям, одновременно уменьшая тем самым вероятность его выживания (ранее считалось, что для этого достаточно одного АЗТ).

Как полагают СПИД-медики, в это время следует наблюдать за «вирусной нагрузкой» при помощи ПЦР. Акцент делается на раннем вмешательстве и на дальнейшем приеме этих лекарств пациентом в течение всей оставшейся жизни.

Хотя никто не доказал точность тестов ПЦР при диагностике ВИЧ-инфекции, они интенсивно рекламируются как наиболее отвечающие современному уровню знаний. Нетрудно понять, почему это происходит. В газете «Вашингтон пост» (Washington Post) была раскрыта истинная причина пропаганды этих тестов: «Агрессивное лечение ВИЧ, возможно, станет еще более дорогим. Измерение вирусной нагрузки будет стоить около 200 долларов за один тест, и новое поколение лекарств от ВИЧ, очевидно, окажется столь же дорогостоящим, как и те, которые применялись ранее».

Журнал «Ю Эс ньюс энд Уорлд рипорт» (U. S. News and World Report) был более конкретен, оценив годовую стоимость только одного антиВИЧ/СПИД-препарата — протеазного ингибитора — примерно в 6000 долларов, а стоимость тройной комбинации таких препаратов — до 12–18 тысяч долларов. По мере того как все больше и больше этих «лекарств» считаются необходимыми для «лечения» людей, многие из которых не имеют никаких проблем со здоровьем, становится очевидным, какой «дойной коровой» это станет для фармацевтической индустрии.

Теория вирусной нагрузки еще более усугубила невыносимый стресс отчаявшихся людей, которым поставили убийственный диагноз. Сейчас говорят, что у человека есть единственный шанс спастись — использовать «антивирусные» препараты. Но пациенту внушают при этом, что если он не принимает их в точно определенное лечащим врачом время, в назначенной комбинации и в определенном количестве или же принимает только один препарат, снижает дозу, из-за того, что прежняя ухудшила самочувствие и вызвала болезнь, то, как показывает диагностическая практика с применением ПЦР, вирус начнет вновь размножаться, станет резистентным и эти препараты уже никогда не помогут. Таким образом, пациент становится заложником лекарств, даже если они делают его смертельно больным. Нет прецедентов, чтобы кто-нибудь излечился от СПИДа с помощью этой отравы тройных комбинаций, зато есть многочисленные подтверждения, что эти препараты приводят к болезням и смерти.

Когда же мы прекратим позволять делать из нас подопытных кроликов для испытания любой безумной идеи, платить за привилегию быть отравленными и поддерживать существование этих деградировавших личностей, которые привыкли делать деньги на страданиях других людей?»

КУДА ЖЕ ИСЧЕЗАЮТ КЛЕТКИ ИММУННОЙ СИСТЕМЫ?

СПИД-медики считают, что если количество Т4-клеток составляет менее 200 в 1 куб. мм крови, то это является одним из оснований, чтобы поставить пациенту роковой диагноз.

Противники официальной доктрины СПИДа доказали, что существует целый ряд причин, которые приводят к снижению количества таких клеток, и гипотетический ВИЧ к этому не имеет ни малейшего отношения.

Одним из ученых, отстаивающих эту позицию, является выдающийся швейцарский иммунолог профессор Альфред Хассиг. Длительное время он руководил Группой по исследованию взаимосвязи питания и иммунитета в Берне (The Study Group on Nutrition and Immunity). Эта Группа ведет исследования неинфекционных заболеваний — рака, рассеянного склероза и атеросклероза, используя для лечения пациентов достижения медицины Востока и Запада. СПИД привлек внимание этих ученых, когда врачи стали убеждать пациентов с ВИЧ-положительным диагнозом в безнадежности их состояния, вопреки клятве Гиппократа, призывающей «и прежде всего — не навреди».

Исследования А. Хассига и его коллег доказывают, что снижение количества Т4-клеток у таких пациентов в первую очередь связано с реакцией организма на психологический или физический стресс, а не с разрушением этих клеток виртуальным ВИЧ.

«Подсчет количества этих клеток, используемый при диагностике на ВИЧ, не является объективным показателем ВИЧ-инфекции, — пишет ученый в своей статье, опубликованной в журнале «Континуум». — Эта процедура измеряет количество клеток, циркулирующих в крови, а вовсе не их общее число в организме.

В результате стресса клетки могут мигрировать из крови в костный мозг, чтобы активизировать другое звено иммунной системы. После окончания воздействия стресса они возвращаются в кровяной ток. Такое же истощение этих клеток наблюдается также и у пациентов с ожогами, у спортсменов во время максимального физического напряжения и в ряде других случаев. Это подтверждается также исследованиями докторов Мосманна (D-r.Mossmann), Коффмана (D-r. Coffman), Антоначчи (D-r. Antonacci), Кальвано (D-r. Calvano) и других.

Механизм влияния стресса на снижение количества клеток иммунной системы был описан еще в 70-х годах одним из нынешних видных американских ученых СПИД-ортодоксов доктором Энтони Фаучи (D-r. Anthony Fauci). В то время это было признано важным открытием, значительным вкладом в развитие такой науки, как психонейроиммунология, изучающей связи между психикой, нервной и иммунной системами.

Однако Фаучи «забыл» о своем исследовании, когда был назначен на должность директора Национального института аллергии и инфекционных заболеваний и начал заниматься пропагандой гипотезы ВИЧ/ СПИДа, а также распределением денег тем ученым, которые придерживались вирусной теории СПИДа. Он отказался от своих прежних научных разработок, потому что они выставляли на посмешище ВИЧ/ СПИД-гипотезу, и прервал исследования в тот самый момент, когда было объявлено, что ВИЧ является причиной СПИДа».

— Я бы никогда не смог так поступить, помня, что я сделал за 50 лет в науке, — говорил доктор Хассиг в одном из интервью. — Фаучи и ему подобные не размышляют над нравственной стороной вопроса. Сегодня этот человек препятствует публикации всех статей, опровергающих тезис, что ВИЧ является причиной СПИДа. Так, по его настоянию не была опубликована и наша статья о взаимосвязи стресса и миграции Т4-клеток, направленная в журнал «Нейче медицин» (Nature Medicine, авторы — профессора А. Хассиг, Лянг Вен-Кси (Liang Wen-Xi), доктора Курт Стампфли (К, Stamphli), Г. Кремер (Н. Kremer).

В августе 2001 года СМИ распространили информацию о том, что Фаучи сделал новое «открытием, обнаружив, что ВИЧ якобы убивает не только Т4-клетки, но, оказывается, еще и В-клетки, вырабатывающие антитела.

Доктор Хассиг убежден, что рассмотрение ВИЧ как причины СПИДа — типичный пример прямолинейного мышления в медицине, когда врачи и ученые углубляются в предмет, но теряют способность улавливать связи. Исследованиями по ВИЧ/СПИДу занимается большая группа людей, помогающих друг Другу в получении грантов. Они поддерживаются фармацевтической промышленностью. Корпорация «Белкам», например, играет ключевую роль в развитии этого направления, а также использовании опасных для здоровья препаратов типа АЗТ.

Представители официальной СПИД-медицины не в состоянии ничего предложить для доказательства научной доктрины ВИЧ/СПИДа. Они постоянно выступают с оправданиями, обнаруживают некие изменения в структуре вируса, который все время куда-то ускользает, потом якобы атакует и постоянно выделывает прочие странные вещи».

Воздействие факторов непомерных психических и физических нагрузок на состояние иммунной системы было исследовано также советскими учеными Б. Першиным, В. Левандо, С. Кузьминым и Р. Суздальницким в 1987 году. Они доказали, к примеру, что на пике спортивной формы, в момент максимальных нагрузок, организм спортсменов остается практически без иммунной защиты, так как исчезают целые классы иммуноглобулинов — белковых молекул крови, отвечающих за иммунитет. Этот период иммунодефицита может длиться несколько дней и даже месяцев.

В последующих исследованиях доказывалось, что это — общебиологический феномен. Иммунная система человека, занятого в любой сфере деятельности и оказавшегося в стрессовой ситуации на пределе своих возможностей, подвержена ослаблению. Ученые наблюдали это у водолазов, аспирантов в период подготовки или защиты диссертации и других категорий обследованных.

Стресс, который стал постоянным спутником нашей жизни, обрушился на миллионы людей, воспитанных совсем в иных условиях и столкнувшихся с особенностями рыночных отношений, о которых мало кто мог предположить еще лет 10 назад. Да и представителям более молодого поколения сейчас не легче. Многие из них прячутся от реалий жизни, погружаясь в наркотическую или алкогольную «нирвану».

Страх перед безработицей, потерей заработка, преступностью, воздействие неблагоприятных условий — от экологии до радиации и многих других — пагубно влияют на иммунную систему людей. Именно эти факторы, а не виртуальный вирус, могут при диагностике на ВИЧ-инфекцию «выявить» снижение количества клеток иммунной системы в крови и привести к роковому диагнозу.


Примечания:

1

Люк Монтанье — профессор Института Пастера (prof. Luc Motagnier, Paster Institute, Франция), считающийся первооткрывателем ВИЧ наряду с американским ученым-вирусологом Национального института рака доктором Робертом Галло (D-r. Robert Gallo, National Cancer Institute).

Прим. верстальщика:

Люк Монтанье родился в городе Шабри около Тура в семье бухгалтера. Его отец был энтузиастом науки и по выходным занимался экспериментированием в подвале собственного доме. Монтанье окончил колледж Шатейеро и в 1953 году закончил Университет Пуатье, где получил эквивалент бакалавра в естественных науках. Через два года он окончил Университет Парижа со степенью магистра. Затем он работал ассистентом на факультете наук в Сорбонне и преподавал на кафедре физиологии, где в 1960 году защитил диссертацию. В том же году Монтанье получил позицию в Национальном центре научных исследований (CNRS), но предпочёл поехать в Великобританию на научную стажировку, где проработал три с половиной года в Карсхэлтоне.

Вместе с Сандерсом (F. K. Sanders) Монтанье изучал вирусную РНК и обнаружил, что в результате репликации одноцепочечной РНК может образовываться двухцепочечная. Это является необходимым шагом в последующей обратной транскрипции и образовании ДНК, что позволяет вирусу встраиваться в генный материал клетки хозяина. Это явилось важным открытием вирусологии того времени.

С 1963 по 1965 Монтанье работал в Институте вирусологии в Глазго (Шотландия) с Яном Макферсоном, где в 1964 году обнаружил, что агар, гелеобразный эктракт из красных водорослей, является прекрасным субстратом для культивирования раковых клеток. Эта методика стала классической в исследованиях онкогенов и клеточной трансформации.

В 1965—1972 годах Монтанье был директором лаборатории в Институте радия (ныне Институт Кюри) в Орсэе. В 1972 году он основал и стал директором отдела вирусной онкологии в Институте Пастера. Основным научным направлением Монтанье стало исследование ретровирусов как потенциальной причины развития рака. Ретровирусы, которые содержат свою генетическую информацию в виде РНК содержат фермент обратную транскриптазу, которая синтезирует ДНК из РНК. Это позволяет вирусу встраиваться в клетку хозяина, но для собственного размножения вирус заставляет клетку хозяина пролиферировать, вызывая образование злокачественной опухоли. Кроме этого, Монтанье в сотрудничестве с Эдвардом де Мейером и Жаклин де Мейер выделил иРНК интерферона, являющегося первым противовирусным барьером организма. В дальнейшем это позволило проклонировать гены интерферонов и получить их в количестве достаточном для их исследования.

В 1983 Монтанье и коллеги опубликовали работу, в которой расшифровали новый вирус, названный ими LAV («вирус, ассоциированный с лимфаденопатией»), позднее названный HIV (ВИЧ). За это Монтанье и его коллега Барре-Синусси в 2008 году получили Нобелевскую премию по медицине. Однако это присуждение вызвало разногласия в научном сообществе, так как одновременно и независимо с французской группой вирус был открыт американцем Робером Галло[1]. Робер Галло — автор нескольких вакцин против СПИДа, явный лидер в вирусологии на момент присуждения премии, считает глава Московского центра по борьбе со СПИДом Алексей Мазус.

10

Идея вирусной нагрузки при диагностике ВИЧ-инфекции была подкреплена залпом научных статей. В этих исследованиях пытались измерить эту нагрузку на данный момент времени, после чего пациенту назначались антивирусные препараты. Предположительно эти лекарства предотвращали репликацию ВИЧ, и соответственно вирусная нагрузка должна была снижаться. В течение нескольких дней оставшиеся «в живых» вирусы якобы мутируют в устойчивую к лекарствам форму, и затем вирусная нагрузка возвращается на уровень, наблюдаемый перед лечением. Применив математическую формулу к этой динамике, расчетным путем определяли интенсивность репликации вируса.

Так родилась идея о том, что миллионы копий ВИЧ якобы появляются каждый день, инфицируя миллионы Т4-клеток, которые, правда, пополняются, но за несколько лет под натиском ВИЧ иммунная система ослабевает и в конце концов вирус побеждает.

Прим. верстальщика:

Вирусная нагрузка – понятие, которое используется для описания числа вирусных частич в крови. Чем больше вирусных частиц в крови тем быстрее снижается количество CD4–лимфоцитов, иммунных клеток, ответственных за сдержание прогрессирования ВИЧ-инфекции,  и соответственно повышается риск развития симптомов болезни в ближайщие несколько лет.

Результат вирусной нагрузки отражает количество копий вирусной РНК (рибонуклеиновой кислоты) в миллилитре крови.

В настоящее время используются несколько методик определения вирусной нагрузки, незначительно отличающихся друг от друга по способу проведения теста. Все тесты равнозначно надежны, если уровень вирусных частиц в крови высок, на среднем или низком уровне. Однако каждый в отдельности тест отличается по чувствительности в определении наименьшего количества вирусных частиц  близких к неопределяемому. Наименьшим определяемым количеством вирусных частиц для большинства тестов являются 50 копий в миллилитре. Количество вируса ниже этой границы называется неопределяемым уровнем. Данное понятие не означает отсутсвие вируса в крови, просто количество вирусных частиц может быть на любом уровне между 1 и 49 копий в миллилитре.

Вакцинации и любые другие инфекции  могут вызывать временное повышение вирусной нагрузки , поэтому рекомендуется избегать проведение теста на определение вирусной нагрузки в течении по крайней мере месяца после перенесенной инфекции или вакцинации.



Source: www.redov.ru


Добавить комментарий